В научной статье особое внимание акцентировано на том факте, что незаконное предпринимательство характерно для всего мира. При этом неформальный сектор экономики составляет от 10 до 20 % валового внутреннего продукта в развитых странах и около 60 % в странах с формирующейся экономикой. Указано, что в УК РФ отражена ответственность за незаконное предпринимательство в статье 171. Подчеркнуто, что на доктринальном уровне присутствует дискуссия о целесообразности наличия этого состава преступления. Цель исследования: проанализировать (не)обоснованность криминализации состава преступления, сопряженного с незаконным предпринимательством (статья 171 УК РФ). Задачи: проанализировать общественную опасность деяния, относящегося к незаконному предпринимательству; дать характеристику относительной распространенности данного деяния; изучить историческую преемственность отражения этого состава преступления в уголовном законе России; провести анализ зарубежного законодательства по отражению подобного состава преступления. В результате нами проанализирована общественная опасность данного преступления, а также соответствие его принципам криминализации, таким как относительная распространенность деяния, соответствие исторической правопреемственности и современному зарубежному опыту.
The research is focused on the fact that illegal enterprise is characteristic of the whole world. At the same time, the informal sector of the economy accounts for 10 to 20 % of gross domestic product in developed countries and about 60 % in emerging economies. We indicate that the Criminal Code of the Russian Federation reflects responsibility for illegal enterprise in Article 171. We emphasize that there is a discussion at the doctrinal level about the expediency of having this corpus delicti. The purpose of the study: to analyze the (un)foundedness of the criminalization of corpus delicti associated with illegal business (Article 171 of the Criminal Code of the Russian Federation). Tasks: to analyze the social danger of an act related to illegal enterprise; characterize the relative prevalence of this act; to study the historical continuity of the reflection of this corpus delicti in the criminal law of Russia; conduct an analysis of foreign legislation to reflect such a corpus delicti. As a result, we analyze the social danger of this crime, as well as its compliance with the principles of criminalization, such as the relative prevalence of the act, compliance with historical succession and modern foreign experience.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.