Ятрогенные преступления мало исследованы в отечественной науке, однако вопросу уголовной ответственности медицинских работников за ятрогенный вред посвящено значительное количество зарубежных исследований. Проанализированы работы множества ученых, в том числе из Австралии, Индии и Италии. Зарубежная теория все больше придерживается идеи смягчения уголовной ответственности медицинских работников за врачебные ошибки. Сделан вывод, что общим основанием привлечения врача к уголовной ответственности в зарубежных странах выступает грубое нарушение общепринятых стандартов оказания медицинской помощи. Вместе с тем пандемия COVID-19 играет немаловажную роль в переосмыслении отечественного подхода к пониманию ответственности за ятрогении и необходимости ее дифференциации. В условиях, когда врачи каждый день получают новые инструкции о надлежащей терапии, а поиск способов лечения новой коронавирусной инфекции все еще связан со множеством ошибок, квалификация ятрогенного преступления должна учитывать особые обстоятельства, снижающие общественную опасность содеянного. В заключении сказано о перспективе использования зарубежной практики по смягчению уголовной ответственности за ятрогении как ориентир для становления новых привилегирующих признаков составов преступлений, связанных с причинением ятрогенного вреда в отечественном уголовном законодательстве.
Iatrogenic crimes have been underinvestigated in domestic science, however, a significant number of foreign studies are devoted to the issue of criminal liability of medical workers for iatrogenic harm. We analyze the work of many scientists, including those from Australia, India and Italy. Foreign theory is increasingly adhering to the idea of mitigating the criminal liability of medical workers for medical errors. We conclude that the general basis for bringing a doctor to criminal responsibility in foreign countries is a gross violation of generally accepted medical care standards. At the same time, the COVID-19 pandemic plays an important role in rethinking the domestic approach to understanding the responsibility for iatrogenesis and the need for its differentiation. In an environment where doctors every day receive new instructions on appropriate therapy, and the search for ways to treat a new coronavirus infection is still associated with many errors, the qualification of an iatrogenic crime must take into account the special circumstances that reduce the social danger of the crime. In conclusion, we talk about the prospect of using foreign practice to mitigate criminal liability for iatrogenesis as a guideline for the formation of new privileged features of the offenses associated with causing iatrogenic harm in domestic criminal law.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.