Цель исследования – раскрыть особенности влияния искусственного интеллекта на рациональную картину права. Для достижения этой цели произведен анализ современных доктринальных позиций о понимании сущности рациональной картины права и о той роли, которую играет в ее формировании искусственный интеллект. Подчеркнута противоречивость самого понятия рациональной картины права, так как она неизбежно связана с представлениями субъекта, испытывающего воздействие иррациональных факторов. Отмечено, что искусственный интеллект несет в себе целый ряд серьезных рисков для современной рациональной картины права, прежде всего, ценностных и когнитивных. Сделан вывод, что с помощью права следует ограничить пределы использования искусственного интеллекта, а также установить эффективные гарантии защиты прав участников общественных отношений при их взаимодействии с новыми технологиями.

В условиях цифровизации происходит трансформация правового нигилизма, когда это явление не только сохраняет традиционные формы, но и приобретает новые, латентные выражения в виртуальной среде, становясь фактором, угрожающим национальной безопасности и легитимности правопорядка. В связи с этим рассмотрены генезис и историческая эволюция правового нигилизма в российском правовом менталитете, демонстрирующая его устойчивость. Основное внимание уделено диалектике цифровой трансформации, которая, с одной стороны, порождает новые вызовы (киберпреступность, цифровое неравенство, алгоритмический нигилизм), а с другой – открывает беспрецедентные возможности для правового просвещения, формирования и повышения уровня правовой культуры (онлайн-ресурсы, образовательные платформы, электронные сервисы). Обоснована необходимость комплексного подхода к борьбе с нигилизмом, сочетающего традиционные методы правового воспитания с грамотным использованием цифровых инструментов при одновременном преодолении цифрового неравенства и минимизации новых рисков. Сделан вывод о том, что технологические решения должны быть неразрывно связаны с глубокими изменениями в правовой политике, направленными на укрепление доверия граждан к правовым институтам.

На основе анализа документов личного происхождения реконструируется побег с Сибирской каторги в 1910 г. Марии Марковны Школьник – одной из ярких участниц женского революционного движения Российской империи. Отмечается, что М.М. Школьник была единственной за всю историю Российской империи женщиной-политкаторжанкой, которой удалось совершить удачный побег с Сибирской каторги, ее имя стало символом несгибаемой воли и стремления к свободе, а сам побег – легендой. Характеризуется жизнь М.М. Школьник на каторге. Отмечается, что, несмотря на суровые испытания, именно там сформировались ее личные качества и способность противостоять обстоятельствам. Сделан вывод о том, что изучение личного опыта М.М. Школьник свидетельствует о важности исследования человеческих судеб в историческом контексте, это позволяет увидеть сложную картину социальных противоречий, определяющих поведение и мировоззрение многих русских революционеров.

Представлен историко-правовой анализ воззрений Иосифа Алексеевича Покровского о справедливом правосудии на фоне представлений ученого и его близкого круга, акцентируется внимание на взаимовлиянии интеллектуальных идей и их взаимосвязи с событиями российской общественно-политической жизни начала XX века. Цель исследования заключается в реконструкции взглядов И.А. Покровского на проблему справедливого правосудия сквозь призму естественно-правовых начал и ее практическую реализацию. Методология исследования включает комплекс общенаучных и частнонаучных методов, таких как диалектический подход, анализ, синтез, системно-структурный, историко-правовой, сравнительно-правовой, формально-юридический. Исследование базируется на широком круге источников, включающих в себя научные работы И.А. Покровского, документы личного происхождения как опубликованные, так и впервые введенные в научный оборот, хранящиеся в фондах Отдела рукописей Российской государственной библиотеки. Проведенное исследование позволяет сделать вывод о том, что в современных условиях воззрения И.А. Покровского на справедливое правосудие звучат особенно актуально. Ученый рассматривал справедливое правосудие через призму естественного права и видел в нем обеспечение баланса между строгой буквой закона и потребностями не «абстрактного», а «конкретного», живущего в обществе, человека. Покровский один из первых в России детально обосновал приоритет личности в гражданском праве через механизмы судебной защиты. Ученый пришел к выводу, что правосудие – это синтез законности и нравственности, а справедливость может быть достигнута тогда, когда судебное решение признается обществом как морально оправданное. В то же время правовед предостерегал от чрезмерной широты судейского усмотрения в ущерб букве закона, что до сих пор остается наиболее острой темой для научных дискуссий.

Философское наследие Петра Яковлевича Чаадаева рассматривается с целью выявления его видения социально-политического устройства общества, оценки исторической преемственности в судьбах различных народов и отличительных черт нового общества. Анализируется его подход к сущности права и законов, их нравственного содержания. Определены особенности его социально-политических взглядов на форму правления, сущность политических революций, общественного блага в социально-политическом идеале. Констатируется, что Чаадаев был близок к умеренной конституционной монархии, он не был пропагандистом народной формы правления и сторонником учения о социализме, хотя некоторые элементы из этой теории в его учении имели место. Он обращает внимание на неприменимость к условиям России политических правил и традиций Европы. Дается оценка взглядов Чаадаева на роль в развитии общества великих личностей. Анализ правовых взглядов охватывает его понимание естественного права и законов, которые Чаадаев делит на две группы: законы бытия и законы «материального использования», то есть законы, которые приходится применять к своим потребностям. Раскрыта иерархия законов в понимании философа. Нравственное «законодательство» предшествовало человеческим законам. На первом стоит всеобщий закон как абсолютное благо, на втором месте – положительный закон нашего духовного бытия, и на третьем – физический закон (явление природы) или общий закон природы. Законы о наказаниях по мнению Чаадаева не только охраняют общество, но служат для возможного усовершенствования человеческого существа. Сделан вывод, что сущность права Чаадаев определяет через христианские ценности, которые выражают идеи нравственности и истины, а главным наследием философа является напоминание о том, что мы все часть христианского мира, и мы не можем быть свободны от нравственного закона.

Цель исследования – выявить особенности политико-правовой интеграции присоединенных среднеазиатских земель в состав Российской империи во второй половине ХIХ века. Для достижения этой цели проанализировано законодательство, устанавливавшее систему управления на этих землях, а также существующие доктринальные подходы к осмыслению процессов региональной интеграции в Средней Азии. Проведено сопоставление среднеазиатской и кавказской моделей управления, выявлены сходные черты, подчеркивается сбалансированность политики российской империи, проводившейся в крае, стремление сохранить местные органы власти и местные обычаи, религиозная терпимость. Отмечено постепенное продвижение по пути унификации управления разными частями Российской империи, которое не было доведено до логического завершения. Сделан вывод, что национально-территориальная политика властей по отношению к Средней Азии может быть признана достаточно сбалансированной и отвечавшей вызовам своего времени.

Рассмотрены некоторые правовые проблемы, связанные с гипотетическим судебным процессом над Николаем II после его отречения. Актуальность темы обусловлена дискуссионностью вопроса о главе Российской империи, его статусе и роли в системе государственного управления в последние годы царствования, что придает ей историческую значимость. Цель работы – вскрыть аспекты возможного судебного процесса над императором Николаем II в контексте историко-правовых реалий и политической ситуации после Февраля 1917 г. Задачи: выяснить, какой судебный орган в тот период мог бы обладать полномочиями для суда над монархом; рассмотреть юридические основания привлечения его к ответственности и применимость законов; установить возможные обвинения, которые могли быть выдвинуты против него и возможные виды наказания. Методология включает: историко-правовой метод, позволяющий отобразить систему органов и законы Российской империи, их трансформацию после Февральской революции до событий Октября; сравнительно-правовой метод, раскрывающий аналогичные исторические прецеденты; системный метод для анализа институтов государственной, в том числе судебной власти, и законов переходного периода. Итоги исследования подчеркивают особость российской ситуации 1917 г. на фоне исторических прецедентов суда над монархами, состоящую в утрате легитимности и упразднении старорежимных судебных органов и права. Создать новый чрезвычайный суд могло только Учредительное собрание, которое так и не было созвано, отсутствовал юридический акт, на основе которого мог бы проходить такой процесс. Нерешенность этого неполного ряда правовых коллизий вела к тому, что любое решение подобного судебного процесса было бы не правовым, а исключительно политическим актом. Анализ этих проблем позволяет глубже понять правовую природу Российской империи и России периода революционных преобразований Февраля 1917 г.

Жители СССР в годы Великой Отечественной войны столкнулись с невероятной жестокостью немецко-фашистских захватчиков и их пособников. Академик П.Л. Капица еще в 1941 г. выступил с предложением создать комиссию по расследованию преступлений фашистов. Советские юристы доказывали, что только открытые судебные процессы над фашистами способны удовлетворить потребность людей, пострадавших от бесчеловечной деятельности оккупантов, в справедливом возмездии. Целью исследования является 21 судебный процесс над нацистами, которые состоялись в СССР с 1943 по 1949 г. Исследование основано на общенаучных и специально-юридических методах познания. Сделан вывод, что судебные процессы проводились на высоком профессиональном уровне. Советские следователи и прокуроры скрупулезно собирали доказательства преступной деятельности фашистов, записывали показания свидетелей преступлений, проводили тщательные судебно-медицинские экспертизы, фиксировались фото и видеодоказательства преступной деятельности нацистов. В ходе судебных следствий были доказаны преступления нацистов, целью которых было уничтожение и превращение в рабов народов, проживавших на территории СССР и, в первую очередь, русского народа. Были доказаны факты целенаправленных издевательств и убийств детей, женщин, стариков, военнопленных и евреев. Доказано, что гитлеровские и японские врачи проводили медицинские эксперименты над советскими гражданами, которые служили причиной массовой гибели людей. Были доказаны факты подготовки бактериологической войны против СССР. Судами были привлечены к ответственности 256 нацистских преступников и их пособников, из них 81 преступник был приговорен к высшей мере наказания и 175 – к исправительно-трудовым лагерям.

Исследована трансформация нормативного содержания принципов обеспечения общественной безопасности в системе российского права и обоснованы пути их систематизации. Актуальность исследования обусловлена сменой стратегической парадигмы, закрепленной в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации 2021 г., основанной на неразрывной взаимосвязи и взаимозависимости национальной безопасности и устойчивого социально-экономического развития страны, а также появлением новых вызовов и угроз, не получивших адекватного отражения в действующем законодательстве. Предпринята попытка комплексного анализа эволюции нормативного закрепления принципов обеспечения общественной безопасности. Выделены три последовательных этапа, отражающих логику развития нормативного регулирования: от формирования универсального перечня принципов в ФЗ «О безопасности», через их закрепление в специализированном документе стратегического планирования, который к настоящему моменту фактически утратил юридическую значимость (Концепции общественной безопасности в Российской Федерации 2013 г.), и до современного этапа, отличающегося отсутствием четко сформулированного перечня при том, что концептуальные основы заданы действующей Стратегией национальной безопасности Российской Федерации 2021 г. Такое положение дел создает предпосылки для правовой неопределенности и требует выработки новых подходов к систематизации принципов обеспечения общественной безопасности. Проанализированы особенности нормативного закрепления принципов обеспечения общественной безопасности в отраслевом законодательстве (Федеральных законах «О полиции», «О противодействии терроризму» и др.). Выявлено, что унифицированного подхода к определению и структурированию принципов в отраслевом законодательстве не сложилось, однако единство предмета правового регулирования объективно предполагает наличие общего инвариантного ядра принципов обеспечения общественной безопасности (приоритета прав и свобод человека и гражданина, законность и др.). Раскрыто содержание трех основных направлений трансформации нормативного содержания принципов: закрепление неразрывной взаимосвязи общественной безопасности и устойчивого развития; расширение круга учитываемых вызовов и угроз; изменение формы нормативного выражения (от формализованного перечня принципов общественной безопасности к концептуальным подходам).

Установлено, что фундаментальные принципы, установленные Федеральным законом «О безопасности», составляют инвариантную основу системы, определяя сквозные ориентиры для всех направлений обеспечения общественной безопасности. Принципы, выводимые из Стратегии национальной безопасности Российской Федерации 2021 г., не подменяют собой эти основополагающие начала, а формируют дополнительный уровень, учитывающий современные вызовы, угрозы и новую парадигму, в рамках которой общественная безопасность и устойчивое развитие рассматриваются в неразрывном единстве. Разработанное в ходе исследования авторское определение принципов обеспечения общественной безопасности способствует совершенствованию теоретической основы института общественной безопасности, а его положения могут быть использованы при разработке и актуализации документов стратегического планирования в данной сфере. В качестве практических рекомендаций предложен комплекс мер институциализации новых принципов обеспечения общественной безгласности.

Проведен анализ проблем и перспектив применения технологий искусственного интеллекта в деятельности органов местного самоуправления в условиях цифровой трансформации публичного управления. Рассматриваются современные тенденции внедрения интеллектуальных цифровых систем в муниципальную практику. Обоснован вывод, что ключевым препятствием для развития искусственного интеллекта в этой сфере выступает отсутствие комплексного правового регулирования. Предложены направления совершенствования законодательства РФ, включая поправки к обсуждаемому законопроекту об искусственном интеллекте, а также внедрение принципов управления на основе данных (Data-Driven Governance) в систему муниципального управления как наиболее перспективной модели развития данной области.

Судоустройство, как теория судебной деятельности и ее организации, структурирует работу арбитражных судов первой инстанции, практически проявляясь в модели компетенции и правил процессуальной подсудности. Посредством использования общенаучных методов, а также формально-юридического метода и метода документоведческого анализа выявлены особенности комплектования архивных фондов арбитражных судов первой инстанции. Сделан вывод о необходимости рассматривать единицы хранения таких фондов в качестве результата окончания производства подсудных арбитражным судам первой инстанции судебных дел на основе реализации ими комплекса неразрывно действующих специальных правовых статусов, закрепленных в законодательстве, – статуса органа государственной (судебной) власти, статуса обладателя информации, статуса источника комплектования Архивного фонда Российской Федерации.

Переход к рыночной экономике в 1990-х гг. привел к трансформации природопользования путем возникновения частноправовых начал при сохранении прочного публичного основания. В современном законодательстве данные начала реализуются фрагментарно и изолированно в отношении отдельно взятого природного ресурса, что, в свою очередь, приводит к правовым коллизиям и пробелам в правоприменительной практике. Например, это можно проследить в вопросе соотношения лесного законодательства и законодательства об охоте, когда арендатору лесного участка за правомерное использование лесного участка с целью добычи древесины приходится возмещать вред, причиненный объектам животного мира, находящимся в пределах данного участка. Для преодоления данных негативных явлений необходим комплексный подход, который реализуется посредством разработки конструкции «концессия в сфере природопользования». Целью исследования является определение содержания понятия концессии в сфере природопользования. В качестве методов автором использовались общефилософские: метафизический и диалектический; общенаучные: анализ, синтез, системный подход; частнонаучный метод: кибернетический, специально-юридические методы: формально-юридический и сравнительно-правовой. В результате исследования предложено авторское понятие концессии в сфере природопользования как отношения, связанного со срочным использованием природных ресурсов хозяйствующим субъектом на началах возмездности, который вследствие особого правового режима объектов данного отношения, в частности, их нахождения исключительно в государственной собственности, связан механизмом специального природопользования.

Рассмотрена трансформация осуществления судопроизводства под влиянием цифровых технологий, связанных с развитием искусственного интеллекта, квантовых вычислений, облачных сервисов, больших данных и др. Выделены содержательные элементы появляющихся концепции, а именно: алгоритмическое правосудие, предиктивное (прогностическое) правосудие, датаизм и правосудие данных. Обосновано появление новой характеристики «правосудие 4.0», одним из ключевых элементов которой выступает автоматизация процесса формирования криминалистически значимой информации и преобразования ее в судебные доказательства. Показано, что такой вектор развития сталкивается с двумя глобальными взаимосвязанными проблемами: 1) создание «бесшовного» цифрового пути от события до исполнения приговора (процессуальный аспект); 2) предъявление требований к криминалистически значимой информации, собираемой в цифровой среде (материальный аспект). Обобщен зарубежный опыт цифровизации правосудия – опыт Китайской Народной Республики создания «умного суда», а также опыт Бразилии – программа «Правосудие 4.0». Обоснована необходимость обновления нормативной базы, определяющей правовой режим криминалистически значимой информации, собираемой в цифровой среде. Представлены такие элементы реформирования: создание «цифрового профиля правонарушения» (электронного досье); разделение следственных действий в физической среде и цифровой среде (в качестве примера приводится «онлайн-обыск»; сбор данных, полученных с различных IoT-устройств; легитимация выводов, полученных с помощью алгоритмической обработки данных.

Рассмотрены концептуальные основы современной уголовно-правовой политики России в эпоху трансформации общества и государства. Целью исследования является анализ уголовно-правовой политики современного российского государства с акцентом на уточнении ее идеологической направленности и определении перспектив развития. Для достижения цели исследования решаются следующие задачи: оценить влияние отдельных модернизационных процессов на трансформацию отечественной уголовно-правовой политики; выявить и дать общую характеристику идеологической составляющей современной уголовно-правовой политики; определить перспективы взаимодействия российского уголовного законодательства и идеологической политики. В ходе исследования использованы методы научного познания: сравнительный, формально-юридический, а также методы анализа, синтеза, обобщения и систематизации. Установлено, что в современных условиях трансформации общественных и государственных устоев России в эпоху глобальных угроз и вызовов наблюдаются заметные сдвиги в сфере уголовно-правового регулирования общественных отношений, напрямую связанные с изменением идеологического «курса» развития страны. Сделан вывод, что в уголовно-правовом дискурсе укрепляются идеи традиционных ценностей, защиты национальных интересов государства, вследствие чего уголовный закон наряду с иными правовыми инструментами постепенно становится неким транслятором формируемой в настоящее время единой идеологии, справедливо ориентированной на восприятие и преумножение традиционных для российского общества и государства духовно-нравственных ценностей, и защиту национальных интересов страны.

Проведен сравнительный анализ экстремизма и его особой формы – экстремизма среди несовершеннолетних. Предложена оригинальная трактовка термина «экстремизм несовершеннолетних», рассмотренная в двух ключевых аспектах. Двойственность понятия раскрывается через основные роли несовершеннолетнего: как субъекта противоправной деятельности, самостоятельно совершающего экстремистские действия, и как объект воздействия, на которого направлены усилия экстремистских организаций с целью изменения его мировоззрения. Выявлены отличительные черты экстремизма несовершеннолетних: виртуальность, латентность, внушаемость и повышенная доверчивость к лицам, распространяющим идеологию. Сделан вывод о том, что, несмотря на определенное сходство общего и частного проявлений экстремизма, экстремистские действия с участием несовершеннолетних представляют собой более серьезную угрозу в силу того, что направлены на несовершеннолетних – будущее государства, что обусловлено спецификой данной категории лиц и их значимостью для дальнейшего развития общества.